Европа – колыбель исламофобского экстремизма
Европа – колыбель исламофобского экстремизма

Приходилось ли вам слышать об арестах за «неправильную» одежду? В конце мая в пригороде Брюсселя полиция арестовала мусульманку за то, что на ней был никаб – вуаль, закрывающая лицо, которую носит лишь незначительная часть мусульманских женщин. За задержанием последовала стычка, и женщина умудрилась сломать нос офицеру полиции, когда он попытался ее обыскать. Этот арест спровоцировал столкновения между местной мусульманской молодежью и полицией. Через неделю правая фламандская националистическая партия Vlaams Belang предложила вознаграждение в размере 250 евро за каждое сообщение о появлении в общественных местах женщин в никабе.

Бельгийский закон, запрещающий носить никаб, также как и подобные меры, принимаемые в других странах Европы – от объявления вне закона того же никаба во Франции до запрета на строительство минаретов в Швейцарии – якобы преследуют цель интеграции мусульманских меньшинств в западную культуру.

Но пока единственное, чего они добились – это определили место мусульман в новой иерархии мишеней европейского расизма, этой ядовитой смести традиционного фашизма и западного фанатизма, прикрывающегося светским либерализмом. А как инструмент содействия социальной интеграции и равенству эти законы оказались исключительно неудачными.

Действительно, подобная попытка предотвратить импорт «радикального ислама» достойна разве что смеха, если не слез. Та самая бельгийская женщина была местной, коренной бельгийкой, принявшей ислам, а некоторые французские девочки, случай которых послужил предлогом для того, чтобы запретить школьницам ходить с покрытой головой, были из еврейских семей.

Самое мягкое определение, которого заслуживает реакция европейских политиков на присутствие мусульманских меньшинств, это «моральная паника», а если называть вещи своими именами – они приняли репрессивные законы и не прекращают упражняться в ораторском искусстве, нападая на мусульман. Целый ряд стран от скандинавских до средиземноморских до чего только не дошли, чтобы указать людям, что надевать, что говорить, где и как молиться Богу.

Несоразмерные по масштабу и лицемерные по сути, эти законы, что бы ни говорили об их целях, не способны быть сколько-нибудь серьезным решением проблемы «исламского экстремизма». В 2009 году в Швейцарии прошел референдум, запрещающий строительство минаретов, хотя в стране их всего четыре. В том же году в Дании тоже прозвучал призыв запретить бурку, после чего было проведено исследование, обнаружившее, что ее носят только три женщины, еще 150-200 мусульманок носят никаб, при этом треть из них – уроженки Дании, обратившиеся в ислам. «Бурке и никабу нет места в нашем обществе», – заявил в прошлом году датский премьер Ларс Расмуссен (Lars Rasmussen). И действительно, с этим трудно спорить, учитывая статистику.

Эти законы неэффективны и для интеграции культурно изолированных общин. По данным центра Гэллапа за 2009 год, британские мусульмане считают себя в большей степени британцами, чем коренные уроженцы «туманного Альбиона». В 2006 году исследовательский институт Pew Research Center провел опрос, в результате которого выяснилось, что главными проблемами, волнующими мусульман Франции, Германии и Испании, является безработица и исламский экстремизм.

И, наконец, эти законы вряд ли вызваны масштабной демографической «угрозой», которую мусульмане представляют для континента. По данным института Pew, к 2030 году мусульманское население Европы составит 8% по сравнению с 6% в 2010 году. В одном только Нью-Джерси азиатов больше, чем мусульман во Франции, а ведь это страна с максимальной численностью мусульман в Европе.

Так чем же на самом деле руководствуются люди, принимающие эти законы? В значительной степени они пытаются ограничить одну из самых притесняемых групп европейского населения, которая подвергается радикализации вследствие войны, оккупации их родины, безработицы, бедности и слабого образования. В периоды экономической нестабильности эти законы значат попытку растворить мусульман в море якобы единой европейской культуры, даже если при этом они лишаются возможностей улучшить свое экономическое положение, приобрести вес в политике и участвовать в жизни общества. Всеобщая тревога из-за неолиберальной глобализации в целом и антипатия к Брюсселю в частности нуждается в выходе, в своих «козлах отпущения».

Арджун Аппадураи (Arjun Appadurai) в своей книге «Боязнь малых чисел» (Fear of Small Numbers) пишет: «Меньшинства являются точкой возгорания в ряде проблематичных моментов, которые лежат где-то посередине между повседневной жизнью и стремительно меняющимся глобальным фоном… Эти проблематичные моменты, усиленные невозможностью многих государств обеспечить в эру глобализации суверенитет национальной экономики, под воздействием некоего коллективного страха могут транслироваться в дефицит толерантности».

В противовес граду упреков в сторону мультикультурализма – невразумительной политике, которая практически не находит претворения в жизни – давно наметилась тенденция судить о мусульманах по их религии. Мусульман вынуждают держать ответ за свои взгляды на права сексуальных меньшинств и женщин, палестинский вопрос, свободу слова, причем таким допросам не подвергается больше ни одна религиозная группа. От них требуют «освободить» женщин во всех областях жизни, начиная с одежды – действительно, теперь дресс-код мусульманок определяет государство. И источником этих нападок являются не только крайне правые. Их нередко возглавляют представители европейских левых – во имя защиты ценностей светского либерализма, как будто с религией смуглокожего меньшинства, в основном рабочего класса, следует бороться также как в восемнадцатом веке боролись с мощным влиянием Католической Церкви, находившейся в сговоре с монархией.

Мы не собираемся преуменьшать реальность угрозы терроризма, наличие которой лишний раз доказало ряд убийств в Тулузе несколько месяцев назад. В прошлом году четверть всех арестованных в Европе в связи с преступлениями террористического характера были джихадистами, хотя по данным Европола, в 2011 году в странах ЕС зарегистрировано 174 теракта, и ни один из них не имеет отношения к исламу. (Возможно, среди них можно было бы найти таковые, например, убийство двух американских военнослужащих во франкфуртском аэропорту, но власти Германии не причисляют их к этой категории).

На сегодняшний день самым кровавым терактом в Европе за последние годы является теракт, совершенный крайне правым расистом Андерсом Брейвиком (Anders Breivik). В прошлом году в Норвегии в течение четырех часов Брейвик убил 77 человек. Добавьте к этому рост преступности на почве расовой ненависти в отношении мусульман, возвращение фашизма на позиции одной из популярных европейских идеологий, войны в Ираке и Афганистане – и мы придем к неоспоримому выводу, что белые европейцы-христиане представляют для мусульман гораздо большую угрозу – и на родине и за рубежом – нежели наоборот.

Источник: The Nation

Гари Янг
date24.07.2012readCount1615printРаспечатать